Бадьёльйывсаяс - Бадьёльские

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Бадьёльйывсаяс - Бадьёльские » История Республики Коми » Тернистый путь к вершинам науки


Создать форум

Тернистый путь к вершинам науки

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

И.Л.Жеребцов, Е.Н.Рожкин
Тернистый путь к вершинам науки

Родом из Тентюково.
   Выдающийся финно-угровед и крупный коми писатель, прошедший тернистый путь от краеведения к вершинам гуманитарной науки Василий Ильич Лыткин родился 15 (27) декабря 1895 года. В автобиографии он писал: «Родился я в семье крестьянина, коми-зырянина по национальности. Родители жили в д. Тентюково, в 3-х км. от гор.Усть-Сысольска» (теперь это часть города Сыктывкара, а память о старинном селении сохранилась в названии расположенной там улицы Тентюковской). Его отец Илья Иванович, крестьянин-середняк, был грамотным человеком (закончил уездное училище), имел дома кое-какие книги (в частности, «Жития святых»), вел дневник. По праздникам в доме Лыткиных собирались неграмотные соседи, с интересом внимавшие читавшему что-либо вслух И.И.Лыткину. Он намеревался научить грамоте и своих детей, но в 1897 году погиб, заготавливая лес. Двухлетний Василий, пятилетний Степан и восьмилетий Петр остались с матерью, Марией Васильевной (ей было тогда 30 лет) и старой бабушкой 92 лет.
   Мать воспитала трех сыновей, с детства приучила их к труду. По рассказам самого В.И.Лыткина, в шесть лет его посадили на лошадь боронить, через год он сгребал сено на лугах, а в девятилетнем возрасте стал косарем. Мария Васильевна постоянно была в заботах по хозяйству. В.И.Лыткин писал позднее, что не помнит ее сидящей без дела. Жилось семье непросто - разносолов в доме не водилось, мясной суп готовили только по праздникам, белый хлеб мать покупала раз в год, и то лишь 400 граммов, деля их между тремя сыновьями. Раз в год приобретались 400 граммов сахара и маленькая пачка чая. Но В.И.Лыткин вспоминал, что они всё же не голодали. Хватало молока, ржаного хлеба, картошки, капусты, грибов, ягод и других огородных и лесных даров. Когда старшему из братьев исполнилось 16 лет, он ушел на заработки в Сибирь, устроился в Томске на работу и оттуда прислал родным немного денег (на них было приобретено кое-что из одежды).
   М.В.Лыткина была неграмотна, но позаботилась о том, чтобы все дети получили образование. В 1903 году Василий Лыткин поступил в школу в Тентюково. Порядки в ней царили чрезвычайно строгие, наказывали учеников за провинности очень сурово. Запомнился В.И.Лыткину лишь один учитель - Н.С.Холопов, «очень гуманный человек и хороший педагог».
   Впрочем, сам Лыткин учился весьма старательно, и в 1910 году при поступлении в Усть-Сысольское городское училище (позднее высшее начальное училище) его определили не в первый, как других, а сразу в третий класс. В городском училище (хотя это было одно из лучших учебных заведений в уезде) преподавание, по словам В.И.Лыткина, было поставлено немногим лучше, чем в Тентюковской школе. Обучались в нем, в основном, коми дети, а предметы преподавались на русском языке. Занимались главным образом по учебнику - заучивали «от сих до сих». Хорошие впечатления остались у В.И.Лыткина только от преподавателя рисования Н.А.Поросятникова (впоследствии члена усть-сысольского «Общества обновления местной жизни», человека демократических взглядов). С ним у Василия Лыткина и некоторых других учащихся сложились более доверительные отношения, они нередко беседовали, обсуждали самые разные вопросы...
   По окончании училища в 1912 году В.И.Лыткин решил продолжить учебу и в августе того же года «с трешником в кармане», как позднее вспоминал он сам, отправился в Тотьму - поступать в учительскую семинарию (в Коми крае такого учебного заведения тогда не было). Он успешно сдал экзамены и 1 сентября 1912 году был принят на учебу. Усть-Сысольское уездное земство, учитывая его материальные затруднения и принимая во внимание хорошие знания, показанные во время учебы в училище, выплачивало стипендию.
   Первые написанные В.И.Лыткиным на коми и русском языках стихи относятся ко времени учебы в Тотемской семинарии. Там в 1913 году он познакомился со стихотворениями М.Н.Лебедева и А. А.Маегова, которые произвели на него большое впечатление; позднее Лыткин вспоминал, что именно под влиянием этих стихов он решил взяться за поэзию. Группа семинаристов организовала кружок, выпускавший свой рукописный журнал. В нем в 1913 году и появились первые стихи и фельетоны В.И.Лыткина - сатира на преподавателей и учащихся семинарии. В Тотьме он начал заниматься и стихотворными переводами; в частности, в 1915 году В.И.Лыткин перевел на коми стихотворение выльгортца А. А.Чеусова «Луна» («Тöлысь»). Несколько стихотворений молодой поэт послал из Тотьмы в Усть-Сысольск А.А.Цемберу, который издал к тому времени два сборника коми фольклора и стихов и готовил третий сборник (он не был опубликован). В.И.Лыткин продолжал писать стихи и в армии («Мöд Микул цар», появившееся, вероятно, под влиянием Февральской революции, и другие). До наших дней дошло 28 его дореволюционных стихотворений, главным образом, написанных в Тотьме. Там же, в Тотьме, ему впервые попала в руки книга Георгия Лыткина «Зырянский край при епископах Пермских и зырянский язык», которая произвела на него большое впечатление.
   Закончив семинарию 1 июня 1916 года, В.И.Лыткин получил награду за хорошую учебу (18 рублей) и намеревался приступить к учительской работе, но не тут-то было. Вот уже почти два года шла мировая война, российские солдаты гибли, на их место нужны были новые. В.И.Лыткина призвали в армию. 10 июня 1916 года он стал рядовым 210-го пехотного запасного полка. В армии В.И.Лыткин находился два долгих года.
1 апреля 1917 года В.И.Лыткина зачислили юнкером Чугуевского военного училища. Позднее он писал: «В апреле 1917 году я познакомился с программой большевиков, которая на меня произвела сильное впечатление, в особенности в отношении разрешения национального вопроса». Через четыре месяца, 1 августа 1917 года, В.И.Лыткин был произведен в первый офицерский чин и отправлен в распоряжение Казанского военного округа. 18 августа его назначили младшим офицером в 154-й пехотный запасной полк, располагавшийся в г. Глазове Вятской губернии. 10 октября 1917 года батальон, в котором служил В.И.Лыткин, отправили на северный фронт, 14 октября его прикомандировали в 173-й пехотный запасной полк, находившийся в резерве 1-й Кавказской дивизии. Там В.И.Лыткина застали октябрьские события. 18 декабря 1917 года военная служба В.И.Лыткина закончилась (его демобилизовали как педагога), и он вернулся на родину.
   С 15 января 1918 года Василий Ильич стал работать учителем во второклассной школе в с. Деревянск. Завершился учебный год, начались летние каникулы. В.И.Лыткин поехал в г. Яренск на месячные учительские курсы. Группа участников этих курсов по инициативе А.С.Сидорова и В.А.Молодцова образовала культурно-просветительское общество «Коми котыр». Василий Ильич «солидаризировался с целями этой группы», вступил в «Коми котыр», но активного участия в его деятельности не принимал. По окончании курсов он уехал в Усть-Сысольск и утратил связь с обществом («Мне ничего не было известно» о его дальнейшей деятельности, сообщал В.И.Лыткин позднее).
Обстановка в стране все осложнялась. Разгоралась гражданская война. Вышел приказ Советского правительства о мобилизации военспецов. 15 августа 1918 года В.И.Лыткина, как бывшего офицера, призвали на военную службу. 26 августа он прибыл в распоряжение Северо-Двинского губвоенкомата (значительная часть Коми края входила тогда в Северо-двинскую губернию), но уже через три дня ему как учителю дали отсрочку, и Василий Ильич направился в обратный путь.
   8 сентября 1918 года газета «Зырянская жизнь» опубликовала сообщение Усть-Сысольского уездного отдела народного образования о переводах и назначениях на работу учителей. Среди других был назван и В.И.Лыткин, которого перевели в Усть-Сысольское двухклассное училище, но к работе он приступил только 23 октября. К тому же ситуация складывалась так, что преподавание в школе не стало главным делом Василия Ильича. В Коми крае в острых спорах создавались и реформировались новые органы власти, осуществлялась реформа системы образования, началась работа по изучению и пропаганде национальной коми культуры. Возможно, В.И.Лыткин был одним из участников Зырянского литературного общества «Асья кыа», возникшего в начале сентября 1918 года, но вскоре преобразованного в Тентюковский культурно-просветительский кружок.
   В 1918 году (3 и 27 августа, 12 и 23 октября) на страницах газеты «Известия Яренского уездного Совета крестьянских депутатов» появились первые публикации стихов В.И.Лыткина, подписанные псевдонимами «Митрей-чож» и «Дзоля-морт».
   В ноябре 1918 года В.И.Лыткин вступил в РКП(б). В то сложное время он, как и многие другие представители коми национальной интеллигенции, обратил свой взор к большевикам - именно потому, что после захвата коммунистами власти стали ускоренными темпами осуществляться реформа системы просвещения и создание национальной коми школы. Местные большевики в силу невысокого в основной массе культурного уровня не имели достаточно ясных представлений о своей дальнейшей деятельности в сфере образования и культуры. Может быть, именно в силу этого, а также вследствие слабо оформленных в Коми крае партийных различий установился неплохой контакт между пришедшими к власти людьми, именовавшими себя коммунистами, и местной национальной интеллигенцией (особенно учителями), чьи политические взгляды зачастую были ближе эсеровским. В специфических условиях Коми края близкий коми интеллигенции лозунг развития национальной культуры (и связанный с ним лозунг автономии) воспринимался местными большевиками как социальный лозунг развития народной культуры - в противовес дореволюционной русификаторской образовательной и культурной политике самодержавия. И не вполне отчетливые политические устремления коми коммунистов находили свое выражение не только в реквизициях, конфискациях, арестах и т.п., но и в работе по реорганизации народного просвещения, в помыслах об автономии - вначале культурной, а затем и политической. Организовать и квалифицированно руководить такой работой могла только коми интеллигенция. Бывшие школьные учителя в 1918-1919 годах стали политическими или культурными деятелями, или и теми, и другими одновременно: так, поэт, драматург, композитор В.А.Савин возглавлял усть-сысольскую организацию коммунистов и ЧК, а политик Д.А.Батиев состоял в культурно-просветительском обществе «Коми котыр», а позднее возглавил Общество изучения Коми края.
   23-летний В.И.Лыткин активно включился в культурно-просветительскую деятельность, став одним из инициаторов создания в ноябре 1918 года при Усть-Сысольском уездном отделе народного образования Коми комиссии. В конце декабря 1918 года В.И.Лыткина ввели в редколлегию одной из первых коми газет «Зырянская жизнь», значение которой для культурно-просветительской работы в Коми крае трудно переоценить. В «Зырянской жизни» В.И.Лыткин сотрудничал с Д.Я.Поповым, В.А.Савиным, АА.Чеусовым. Позднее он с гордостью подчеркивал, что являлся«редактором единственной тогда коми газеты». В декабре 1918 - январе 1919 года на страницах «Зырянской жизни» появились первые четыре публицистические статьи В.И.Лыткина: «Кому дорог коми народ, тому мил коми язык», «Маленькие люди освобождаются от когтей больших людей», «Широка коми земля», «В защиту коми языка и литературы».

0

2

На Гражданской войне.
   В самом начале 1919 года грозные события Гражданской войны властно вторглись в жизнь Василия Ильича. 25 января он стал командиром 34-й маршевой роты. А затем, как вспоминал сам В.И.Лыткин, он «в течение двух лет... ни разу не покидал передовой линии, участвовал во многих сражениях». Наступление войск А.В.Колчака, освобождение ими от красных Перми, продвижение к верховьям Камы, Печоры, Вычегды и Сысолы обострило положение в Коми крае. 19 марта 1919 года красные сформировали в коми крае Кай-Чердынский полк. 10 дней спустя в распоряжение этого полка была отправлена рота В.И.Лыткина. 10 апреля он прибыл в штаб и был назначен командиром взвода 1-й роты Кай-Чердынского полка. Позднее В.И.Лыткин сообщал, что в 1919 году являлся делегатом «от батальонного партколлектива» на конференции коммунистов «Пинего-Печорского фронта», проходившей в Усть-Сысольске (вероятно, эта конференция состоялась весной).
   Кай-Чердынский полк находился вначале в верховьях Вычегды (близ Усть-Кулома, Помоздино и других селений). Но после того как подразделения Сибирской армии белых вышли к. верховьям Сысолы и 19 апреля заняли д. Монастырскую (невдалеке от современной границы Республики Коми), создалась угроза продвижения их в тыл красным - в Прилузье и район Котласа, к железной дороге Вятка-Котлас. Чтобы воспрепятствовать этому, к Кажиму перебросили батальон, в котором служил В.И.Лыткин. В его послужном списке указано, что он был «в походах и боях» на «Кажимском фронте» с 15 апреля по 21 мая 1919 года. Батальон прибыл в Кажим 23 апреля. В ходе дальнейших боев красным удалось оттеснить белых с верховьев Сысолы.
С 21 мая по 19 июня 1919 года В.И.Лыткин находился «на Колчаковском фронте». 25 мая его батальон соединился с 9-м полком 3-й армии красных у с. Гидаево в Прикамье. 1 июля красные заняли Пермь, а затем и весь Урал. Но В.И.Лыткина к этому времени здесь уже не было, так как 19 июня батальон Кай-Чердынского полка перебросили на нижнюю Вычегду для укрепления позиций красных войск в этом районе. Белые в середине июня предприняли наступление на Северном фронте и, в частности, на Северной Двине, куда пришлось отправить красные отряды, находившиеся ранее близ Яренска. Взвод В.И.Лыткина располагался в д. Черва на р. Яренге. Военных действий летом 1919 года там не велось; лишь одинраз В.И.Лыткин с десятью бойцами ходил в разведку в верховья Вашки (к Лоптюге) - 120 верст по полнейшему бездорожью...
   На «Яренском направлении» В.И.Лыткин находился до начала осени. 5 сентября 1919 года бойцов 155-го (бывшего Кай-Чердынского) стрелкового полка 18-й дивизии 6-й армии перебросили на другой участок Северного фронта - на «Железнодорожное направление» (в район железной дороги Архангельск-Коноша). 21 сентября В.И.Лыткина назначили инструктором для поручений при командире 2-го батальона этого полка. Затем Василий Ильич воевал на Архангельском и Онежском направлениях до самой ликвидации Северного фронта в конце 1919 года. Полк В.И.Лыткина занял г. Онегу, другие части 18-й дивизии захватили Архангельск. Военные действия на Севере завершились.
   Но отдыхать долго не пришлось. Весной 1920 года полк был направлен с севера на юг через всю страну - на Польский фронт, где Василий Ильич находился с 10 мая по 24 августа 1920 года, пройдя с боями путь от Западной Двины до Вислы. Вот один из боевых эпизодов, о котором вспоминал сам В.И.Лыткин: «Был случай, когда внезапно из-за опушки леса появилась кавалерия белополяков и лавиной двинулась на наш полк. Пехотинцы растерялись и бросились бежать. Тут проявили себя пулеметчики. По команде Надеева (А.Н.Надеев, друг и земляк В.И.Лыткина, тоже тентюковец, учившийся вместе с Василием Илъичем в школе и семинарии, работавший в Деревянской школе и Коми комиссии -Авт.) они приняли боевой порядок и открыли шквальный огонь по наступающим. Многих тогда оставили на поле боя поляки, оставшимся пришлось убраться в лес. Так пулеметчики спасли полк от разгрома».
   Военная жизнь переменчива: вначале были стремительный марш к столице Польши, пламенный призыв командующего М.Н.Тухачевского «На Варшаву, на Берлин!», ощущение начинающейся мировой революции, а затем разгром под Варшавой, отступление, многочисленные потери убитыми, ранеными, пленными... В конце августа 1920 года 6-я армия попала в окружение, и часть полков (в том числе и тот, где служил В.И.Лыткин), чтобы не попасть в плен к полякам, с разрешения Германского правительства перешла польско-германскую границу, оказалась в Восточной Пруссии, где была интернирована до окончания советско-польской войны. Тогда-то В.И.Лыткин, вероятно, выбыл из РКП(б) и больше в ее ряды не вступал. Четыре месяца спустя, после заключения мира интернированные, среди них и В.И.Лыткин, получили возможность вернуться на Родину. 155-й полк перебросили на Кавказский фронт, где Красная армия в конце 1920 - начале 1921 года одно за другим свергала небольшевистские правительства независимых республик Азербайджана, Армении и Грузии. В.И.Лыткин получил отпуск по болезни и приехал в Усть-Сысольск.

0

3

Начало научной деятельности.
   Находясь в отпуске, В.И.Лыткин не сидел сложа руки. Возможно, в этот период он работал в Коми издательстве, где возобновилось тесное сотрудничество Василия Ильича с его земляком-тентюковцем В.А.Мо-лодцовым, который повлиял на возникновение у него интереса к науке. В марте 1921 года в газете «Удж» были напечатаны статьи В.И.Лыткина «Зырянский литературный язык» и «Парижская коммуна» и его отклик на стихотворение М.Ползунова «Вокруг Коми республики».
   23 мая 1921 года, после отпуска, В.И.Лыткина направили в Северо-двинский губернский военкомат. 30 мая он прибыл в Великий Устюг (центр губернии). В.И.Лыткина поначалу зачислили в резерв командного состава, а 15 июня 1921 года назначили инструктором для поручений при командире батальона, расквартированного в низовьях Лузы. Три дня спустя он прибыл на новое место службы в г. Лальск, а 24 июня, был назначен помощником командира роты 602-го (позднее 509-го) стрелкового полка.
   Но обстановка менялась к лучшему, и потребность в учителях вновь стала больше надобности в офицерах. 26 сентября 1921 года В.И.Лыткина как педагога отчислили из полка, и он уехал в Усть-Сысольск. С 14 октября 1921 года по 15 июня 1922 года В.И.Лыткин преподавал в Институте народного образования - первом в Коми области высшем учебном заведении. Там, вспоминал Василий Ильич впоследствии, «под влиянием тех лиц, которые были для меня авторитетами, а именно В.А.Молодцова», у него усилился интерес к изучению коми и других родственных языков. По его словам, В.А.Молодцов в 1921 году в ПИНО «на своих лекциях по коми языку... трактовал единство по происхождению коми, удмуртского, финского и других языков» и рекомендовал В.И.Лыткину поехать на учебу в Хельсинки. Василий Ильич «даже принялся тогда изучать финский язык» (его преподавал профессор А.Н.Грен), «но впоследствии бросил».
   Одновременно В.И.Лыткин работал учителем в усть-сысольских школах и сотрудничал в Коми издательстве. В автобиографии он отметил, что «в 1921-22 гг. был преподавателем родного языка в школах г. Сыктывкара», а в материалах одного из его допросов 1933 года сказано, что в те годы он «состоял преподавателем коми языка в школе II ступени, литературным сотрудником Коми издательства». В своем письме (1936 год) В.И.Лыткин писал, что во второй половине 1921-1922 годах «занимал ряд ответственных должностей - зав. соцвосом, обоно, редактор Коми издательства и т.д.».
В 1921 году его стихотворения были опубликованы в сборниках «Вой тöв шувгöм» (Под шум северного ветра) и «Гöрд пöлян» (Красная дудка) и в газете «Удж». В последующее время (до 1932 года) произведения Василия Ильича печатались в журналах «Коми му», «Ордым», «Ударник», «Парма ёль», газете «Югыд туй», различных сборниках.
   В.И.Лыткина не было в числе создателей Общества изучения Коми края, но он с энтузиазмом воспринял известие о его возникновении, вступил в ряды общества. Вскоре, 15 июля 1922 года, Василий Ильич ушел из ИНО, покинул Усть-Сысольск и уехал в Москву, решив продолжить свое образование. 1 сентября он стал студентом Московского госуниверситета. Связей с ОИКК, однако, В.И.Лыткин не утратил, став одним из организаторов Московского отделения общества. В этом отделении (филиале), возникшем 14 апреля 1923 года, объединились, в основном, коми студенты, учившиеся в вузах Москвы. Каждый член МО ОИКК должен был ежегодно выступать на собрании с докладом. В первый год работы отделения В.И.Лыткин сделал доклад «Коми литература», в 1926 году прозвучало его сообщение «Коми литература да кыв историяысь». На заседаниях МО ОИКК бурно обсуждались проблемы объединения коми-зырян и коми-пермяков в одну административно-территориальную единицу. В.И.Лыткин активно участвовал в этих дискуссиях. Вызвал интерес слушателей и его доклад «О расселении коми народа». Позже В.И.Лыткин сообщил, что «активно поддерживал идею объединения всех коми в одну автономную советскую республику». Василий Ильич вспоминал, что в то же время он спорил с Кузебаем Гердом, удмуртским писателем и ученым, относительно целесообразности объединения Коми и Удмуртской областей, создания единого языка для удмуртов и коми (К.Герд был активным сторонником этой идеи, В.И.Лыткин выступал против).
   Члены Московского отделения ОИКК составили указатель литературы о Коми крае, в который вошла тысяча названий, планировали издать социально-экономический атлас Коми области. Вероятно, по инициативе В.И.Лыткина при МО ОИКК была организована секция коми литературы и языка. В течение первого года существования отделения состоялось шесть заседаний этой секции. Одно из них было посвящено повести «т. Сажина, нигде еще не печатавшейся» (скорее всего, это был И.И.Сажин, несколько лет спустя входивший в комиссию по чистке Коми ассоциации пролетарских писателей; комиссия обвинит В.И.Лыткина в национализме...). Отделение выпускало рукописный журнал «Коми му» (за первый год работы вышло три номера). К сожалению, журналы эти пока не найдены. Сохранились ли они?..
   МО ОИКК принимало участие в работе Угро-финской комиссии, его члены состояли в возникшем весной 1926 года по инициативе эстонцев Объединении угро-финских краеведческих обществ (идею организации «финно-угорского научного общества» в СССР еще раньше обсуждали В.И.Лыткин, К.Герд и их друзья и коллеги; они даже обращались со своими предложениями в официальные инстанции, но тогда дело не сдвинулось с места). Одним словом, возникшее при самом непосредственном участии Василия Ильича Московское отделение ОИКК стало одним из самыхдеятельных подразделений общества. Позднее, когда В.И. Лыткин на время отошел от участия в работе МО ОИКК в связи с длительной командировкой за рубеж, секция литературы и языка прекратила существование.
   В МГУ В.И.Лыткин учился у выдающихся ученых: профессора Д.Н.Ушакова, энциклопедиста русистики и славяноведения, труды которого стали основой для развития русской диалектологии, профессора А.М.Селищева, специалиста по исторической диалектологии македонского языка, русской диалектологии, балканистике, профессора М.Н.Пе-терсона, автора ряда трудов по общему языкознанию, по современному русскому и французскому языкам, читавшего курсы по сравнительной грамматике индоевропейских языков, санскриту и др. На материале индоевропейских языков В.И. Лыткин изучал различные методы исследований по диалектологии, истории языков, проблемам взаимодействия родственных и неродственных языков.
Во время учебы в университете В.И.Лыткин стал активно вести научную работу, публиковать статьи в журналах. В двух номерах коми литературного журнала «Парма ель» (1922 и 1923) появились его статьи, посвященные становлению коми поэзии и драматургии. В 1923-м Лыткин выступил на конференции коми писателей в Усть-Сысольске с докладом о коми поэзии. В начале 1925 года при Московской ассоциации пролетарских писателей была создана коми секция, в состав которой вошел и В.И.Лыткин.
   Много внимания В.И.Лыткин уделял и подготовке учебных пособий для коми школ (пригодился опыт работы школьным учителем). В 1923-м было издано его учебное пособие для учителей по коми языку (сборник упражнений), в 1925-м - первая часть грамматики коми языка. Участвовал он и в составлении опубликованных в 1922 и 1924 годах хрестоматий «Выль туйöд» и «Асъя кыа».

0

4

Стажировка за рубежом.
   Научные работы В.И.Лыткина были новы, интересны. Но для того, чтобы углубить свои знания в области финно-угроведения, необходимые для проведения научных исследований, нужно было ехать за границу (отечественное финно-угроведение делало только первые шаги). Позднее В.И.Лыткин писал: «В 1922-1925 гг. в СССР серьезно финно-угорской лингвистикой и этнографией никто не занимался, если не считать Налимова и Бубриха, было только несколько молодых людей, начинающих вести наукообразную работу, в числе которых был и я сам, Бондяков, Герд, Маркелов».
В.И.Лыткин время от времени задумывался над советом, данным ему В.А.Молодцовым (о необходимости зарубежной командировки). Но как было воплотить эту идею в жизнь? На помощь пришел случай. В 1924 году в Москву приехал венгерский исследователь И.Фалуди. Он интересовался литературой на различных языках, в том числе и на коми, и в связи с этим посетил В.И.Лыткина. В ходе беседы Фалуди сказал ему, что хорошо знает директора Венгерского института в Берлине Р.Граггера и порекомендовал связаться с ним и договориться о стажировке. В.И.Лыткин, не откладывая дело в долгий ящик, написал Граггеру и получил ответ «радушного содержания» с приглашением приехать. Обрадованный Лыткин рассказал о письме из Берлина своим товарищам, а затем и некоторым профессорам, в том числе А.М.Селищеву и Д.Н.Ушакову. Профессора, посовещавшись, решили поддержать инициативу талантливого студента. А.М.Селищев дал ему рекомендацию для оформления стажировки за рубежом. Но времени для согласований потребовалось изрядно...
   Закончив университет 1 июля 1925 года, В.И.Лыткин, по его словам, «был выдвинут в аспирантуру», которую с осени того же года проходил в институте народов Востока (преобразованного вскоре в научно-исследовательский институт по изучению культур и языков народов Советского Востока). 15 февраля 1926 года он, наконец, отправился за рубеж — в Финляндию. Начало своего путешествия Василий Ильич с юмором описывал так: «Сажусь в международный вагон прямого сообщения Ленинград-Гельсингфорс. Вагоновожатый, финляндец, подозрительно смотря на мою засаленную английскую шубу, требует билет... Пристально осматривает его: "Да, сюда! Пожалуйте"». В Хельсинки В.И.Лыткин четверть часа ехал на извозчике от вокзала до гостиницы, находившихся, как вскоре выяснилось, в полусотне метров друг от друга (извозчик прокатил его по городу, чтобы взять плату побольше)...
   На следующий день после приезда в Хельсинки Василий Ильич отправился к финскому ученому Я.Калима с рекомендательным письмом от проф. А.М.Селищева, работавшего до революции вместе с Калима в Казанском университете. Тот приветливо принял молодого зырянина, посоветовал, какие курсы в Хельсинкском университете следует посещать, в каких библиотеках работать, снабдил научной литературой, помог подыскать квартиру, познакомил с городом.
   Гостем из России заинтересовались. В.И.Лыткина посетил корреспондент одной из крупнейших газет. Рассказ Василия Ильича о жизни коми и привезенная им литература на коми и других языках (как вспоминал он сам, его «вещи... почти исключительно состояли из книг и рукописей») удивили журналиста. Под конец корреспондент спросил: «Значит, зыряне не обрусеют?» «Нет, - ответил В.И.Лыткин, - лет через 10-15 у нас будет высшее учебное заведение на роддом языке» (Коми пединститут открыли уже через шесть лет; правда, преподавание в нем велось не только на коми языке). В газетах появились статьи, посвященные В.И.Лыткину, положению финно-угорских народов в СССР, фотографии Василия Ильича. Его стали узнавать на улицах...
   В.И.Лыткина представили известному лингвисту Э.Сетяля, занимавшему тогда пост министра иностранных дел Финляндии (эта встреча потом дорого обойдется Василию Ильичу) и другим финским ученым. «Первым долгом я посетил знатока коми языка... проф. Вихмана, бывшего в коми крае в 1901 г., известного ученого и главного моего учителя в Финляндии», рассказывал В.И.Лыткин. Затем дни, проведенные в Хельсинки, были заполнены посещением лекций в университете (они читались по-фински, и В.И.Лыткину поначалу было трудно - этот язык он знал неважно. На первых порах Вихман и другие ученые разъясняли ему наиболее важные проблемы по-немецки). Сам Василий Ильич позднее сообщал, что он, «помимо практического изучения финского языка при... университете, слушал до 15 разных курсов по финно-угорской лингвистике, работал в трех семинариях, еженедельно под руководством профессора Калима занимался экспериментальной фонетикой (исследовал собственное зырянское произношение)». Особенно полезными оказались лекции Ю.Вихмана, который читал некоторые курсы специально для В.И.Лыткина.
   Василий Ильич сделал доклад в авторитетном научном Финно-угорском обществе на тему «В каком состоянии находится финно-угроведение в СССР», встреченный финскими исследователями с большим интересом; позднее он выступил там еще раз, был избран зарубежным членом этого общества. Финно-угорское общество приобрело у В.И.Лыткина собранные и привезенные им в Финляндию тексты коми-зырянских сказок и песен. Находясь в Финляндии, В.И.Лыткин, по его словам, «увлекался финским языком и считал необходимым знание финского языка для всех научных работников, работающих в области финно-угорского языкознания, этнографии, археологии», «в своих письмах... высказывал... мысль, что финский язык не мешает изучать... и широкой публике... (например, в средней школе)». По поручению Коми облисполкома В.И.Лыткин приобретал книги для организации финно-угроведческой библиотеки в Усть-Сысольске. В одном из писем он информировал, что «послал 15 посылок» с книгами в Коми областной музей, но «получают ли [их] в музее, ничего не сообщают, вследствие чего беспокоюсь и не знаю, каким путем посылать дальше» новые книги.
   Наряду с тем удовлетворением, которое В.И.Лыткин получал от общения с финскими учеными Ю.Марком, А.М.Талъгреном, Ю.А.Каннисто, Сирелиусом, Тойвоненом, Л.Кеттуненом и другими («вообще финская профессура была очень любезна, благодаря чему мне удалось заполнить те пробелы в области финно-угорской лингвистики, которые у меня были», - вспоминал он позднее), случались у него в Финляндии огорчения и обиды. 1 июля 1926 года Василий Ильич даже записал в своем дневнике: «Ужасное, тяжелое разочарование в Финляндии. Неделикатное обращение во всех учреждениях и заведениях... Презрительное отношение у всех людей. Нежелание говорить с человеком, плохо знающим по-фински... Худо приходится плохо одетым иностранцам».
   В Хельсинки В.И.Лыткин встретился с активистами общества «Великая Финляндия» - группой студентов университета и проф. Янсоном. «Последний, пригласив к себе на квартиру, повел... разговор об общности с Финляндией финно-угорских народов, населяющих СССР, - рассказывал Василий Ильич позднее. - Янсон указал тогда примерно так: эти народности раньше жили вместе с финским народом, следовательно, и теперь пора объединяться. При этом показал... карту европейской части СССР, на которой весь Север и Поволжье были окрашены в один цвет - Финляндии».
Осенью 1926 года В.И.Лыткин написал письмо с просьбой о продлении заграничной командировки на шесть месяцев и о выделении денег на посещение Эстонии и Латвии для приобретения там книг коми писателя и ученого К.Ф.Жакова. Правление Общества изучения Коми края 4 декабря 1926 года решило поддержать просьбу В.И.Лыткина, обратилось за помощью в Коми облисполком, который направил соответствующее ходатайство в Главнауку; командировка была продлена. В конце декабря 1926 года Василий Ильич приехал в Эстонию, побывал в Таллине, Тарту, где 27 декабря выступил с докладом о культурном возрождении коми народа; в студенческой газете «Paevaleht» в начале января 1927 года была опубликована статья В.И.Лыткина на эту тему. Там он впервые узнал о существовании неопубликованной поэмы К.Ф.Жакова «Биармия». После 10-дневного пребывания в Эстонии В.И.Лыткин вернулся в Финляндию.
   Венгерские ученые пригласили Василия Ильича продолжить стажировку в их стране. В начале февраля 1927 года В.И.Лыткин уехал из Финляндии в Эстонию, оттуда в Латвию и Германию (в Берлине он пробыл 10 дней). 21 февраля он был уже в Венгрии. Срок его командировки истекал в середине 1927 года, но В.И.Лыткину удалось добиться продления стажировки еще на полгода благодаря сочувственному отношению наиболее влиятельного в СССР лингвиста академика Н.Я.Марра. 12 апреля 1927 года В.И.Лыткин написал Н.Я.Марру письмо, в котором поблагодарил за поддержку и сообщил о своей жизни в Будапеште: «Устроили меня в студенческом общежитии, живу в дешевых условиях. Главное внимание обращаю теперь на практическое изучение венгерского языка. Обстановка для этого очень хорошая. В университете слушаю только 12 часов в неделю (впрочем, понимаю еще с трудом)». В последующие месяцы В.И.Лыткин намеревался, освоившись с венгерским языком, познакомиться с трудами венгерских лингвистов.
Венгрия и Финляндия являлись центрами финно-угорского сравнительно-исторического языкознания, которое бурно развивалось; пересматривались результаты работ предшествовавшего периода. Здесь у В.И.Лыткина родилось много интересных и плодотворных лингвистических идей. Пребывание в Венгрии было особенно удачным для Василия Ильича. В 1927 году он экстерном сдал экзамены за весь курс Будапештского университета. В том же году в Будапеште была издана на венгерском языке написанная Лыткиным за границей работа «С-овые суффиксы в пермских языках». За этот труд ученые Будапештского университета удостоили В.И.Лыткина ученой степени доктора философии (под философией понимались гуманитарные науки).
В 1927 году в Будапеште планировалось провести съезд финно-угорских народов «для взаимного ознакомления с культурными достижениями». По словам В.И.Лыткина, он «не прочь был участвовать на этом съезде и посоветовал проф. Синнею (Синнеи - Авт.) также пригласить представителей угро-финских народов СССР». Василий Ильич написал о подготовке съезда в СССР и получил ответ, в котором ему предлагалось принять участие в съезде, придав последнему «советский характер, правильно освещая подъем культуры финских народностей Советского Союза». Но съезд не состоялся. В декабре 1927 года В.И.Лыткин уехал из Венгрии в Финляндию.
   Двухлетнее пребывание за рубежом, интенсивное изучение достижений финно-угорского языкознания позволили В.И.Лыткину сформировать ясное представление о состоянии этой науки, о стоявших перед исследователями проблемах. На родине с интересом следили за зарубежной поездкой В.И.Лыткина. Газета «Югыд туй» помещала сообщения «О пребывании Лыткина в Финляндии». В феврале 1928 года газета информировала о том, что 21 января 1928 года Василий Ильич приехал в Ленинград из Хельсинки, и подчеркнула: «Лыткин будет в СССР единственным специалистом по угро-финскому языкознанию. Сейчас он будет работать в Московском университете».

0

5

Где работать ?
   В отличие от своих коллег по коми языкознанию - В.А.Молодцова и А.С.Сидорова, - Василий Ильич «новое учение о языке» не воспринял. Вероятно, свою роль сыграла в этом зарубежная командировка, во время которой он общался с мэтрами классического языкознания. По возвращении со стажировки Лыткин, как возмущался один из приверженцев яфетидологии, «не заглянул ни на одну лекцию Марра, не посетил ни одного языковедческого семинара с материалистическим (то есть марристским - Авт.) направлением и не сдал до 5-го года своего аспирантства зачетов по диамату», то есть диалектическому материализму - вот уж, действительно, беда для лингвиста! По тогдашней установке, время от времени в учреждениях и вузах проводились «чистки», на которых следовало выявлять «чуждых народу» личностей. Состоялась такая чисткаи среди аспирантов. Лыткину вменили «его знакомство... с тогдашней (так в тексте - Авт.) главой финского фашизма», но, к счастью, все обошлось.
Срок обучения В.И.Лыткина в аспирантуре истек. В мае 1928 года он, как сказано в его автобиографии, «подвергался испытаниям в Государственной квалификационной комиссии и защитил квалификационную работу на тему "Русские заимствования в зырянском (коми) языке как материал для изучения фонетики северо-восточных русских говоров"» (над этой проблемой Лыткин начал работать еще во время учебы в университете, писал по ней дипломную работу). По сути дела, это была его кандидатская диссертация. Но по ряду причин кандидатом наук Василий Ильич стал гораздо позже... В том же 1928 году В.И.Лыткин женился.
   С 1 сентября 1928 года Лыткин работал старшим ассистентом этнологического факультета Московского госуниверситета, а с 1 октября
1929  по 28 марта 1931 года являлся доцентом этого факультета, затем перешел в Институт национальностей при ЦИК СССР. Он интенсивно занимался организацией исследований коми языка. После стажировки за рубежом творческая активность В.И.Лыткина явно возросла, расширился круг интересовавших его проблем. В 1928-1932 годах В.И.Лыткин являлся членом Государственного Ученого совета Наркомпроса РСФСР, в 1929-1931 годах-членом Коми облисполкома. В 1931 году было принято решение об открытии в Сыктывкаре с 1 января 1932 года педагогического института. Для работы в нем пригласили коми ученых и педагогов, работавших в Москве, Ленинграде, Вологде. В декабре 1931 года были назначены заведующие кафедрами. Кафедру языка и литературы возглавил В.И.Лыткин.
   Однако, как писал Василий Ильич в сентябре 1932-го, ему «в Москве не удалось освободиться от работы и вследствие этого» он не мог достаточно времени уделять руководству кафедрой, поскольку в январе-сентябре находился в Сыктывкаре только в течение трех с половиной месяцев. 11 марта он попросил освободить его от заведования кафедрой. Позднее в одном из своих писем Лыткин отмечал, что в 1931-1932 годах являлся «членом месткома Института национальностей... в Москве», а в 1932-1933-м - «председателем ревкомиссии там же».

0

6

Тучи сгущаются.
   Постепенно над головой Василия Ильича стали сгущаться тучи. Началась борьба с «националистической» и «кулацкой» идеологией. Было объявлено, что литература и наука являются «полем битвы» между «пролетарской» и «буржуазной» культурами. После состоявшегося в марте
   1930  года объединенного пленума Коми обкома ВКП(б) и областной контрольной комиссии (он прошел под лозунгом «Усилить борьбу снационал-шовинизмом!») объявилось множество бдительных сторонников «классового подхода», которые принялись старательно выискивать «ошибки» в произведениях коми писателей и ученых.
И.И.Оботуров на страницах журнала «Ордым» (орган Коми ассо-циации пролетарских писателей) в мае 1930 года подверг В.И.Лыткина критике за «неклассовый подход» в поэме «Мунбны». Тогда же в журнале «Ленин туйбд» (орган Коми обкома ВКП(б)) И.И.Оботуров писал: «Шедевром коми националистической поэзии надо признать поэму Лыткина... «Мунбны» есть художественное извращение истории борьбы коми бедняка и середняка... Лыткин поэмой «Мунбны» зарекомендовал себя как проводник националистических идей».
   И.И.Оботуров напомнил также об изданной в 1926 году книге «Коми гижысьяс» (составителем которой являлся В.И.Лыткин) и, в частности, о включенном в нее очерке о К.Ф.Жакове. «Нам мало интересен теперь сам профессор Жаков, - писал Оботуров. - Нас интересует, почему Илля Вась и другие коми писатели идеализировали таких мелкобуржуазных идеалистических апостолов, как Жаков... Они {В.И.Лыткин и другие -Авт.)... объективно проводили... политику охвостьев коми торговой буржуазии и коми кулачества». Суровый критик выговаривал В.И.Лыт-кину за отсутствие «марксистской оценки», «национальную эклектику» и т.п. После этого книга «Коми гижысьяс» словно бы перестала суще-ствовать на многие десятилетия. О ней не было упомянуто даже в «Истории коми литературы» в 1980 году - а ведь в «Коми гижысьяс» была пред¬принята, пожалуй, первая попытка познакомить читателей с жизнью и деятельностью коми писателей и ученых.
   В октябре 1930 года комиссия по чистке КАПП (И.Оботуров, И.Кутькин, И.Сажин) постановила: «Стихи Лыткина мелкобуржуазные и национал-шовинистические... 1) Предложить Лыткину создать новые художественные произведения, в которых была бы показана борьба коми трудового народа за новый индустриальный Север и социализм. 2)...Через 1 год проверить творческие работы Лыткина».
   В декабре того же года Василий Ильич вынужден был опубликовать статью с признанием своих «ошибок». Но и тогда он сделал чрезвычайно смелое в тех условиях заявление о том, что К.Ф.Жаков и другие дорево-люционные писатели и ученые дали много хорошего коми народу, его культуре, и что надо объективно подходить к их оценке. То была одна из последних попыток отстоять объективный подход к дореволюционному культурному наследию. Статья В.И.Лыткина не удовлетворила руковод-ство КАПП: в предисловии к ней, написанном М.П.Дорониным, провозглашалось, что в начавшейся борьбе с «левыми», «правыми», «националистическими», «великодержавно-шовинистическими» и «примиренческими» писателями Василию Ильичу надо выбирать - «или здесь, или там».
   Требование «классового», «материалистического» подхода предъяв-лялось и к лингвистике. Начались преследования так называемого «фор-мального языкознания», научные взгляды представителей которого не совпадали с «новым учением о языке», насаждавшимся в тридцатые годы. Один из коми исследователей, Г.А.Старцев, в 1929 году в журнале «Коми му» назвал В.И.Лыткина и В.А.Молодцова «формалистами-идеалистами». Василий Ильич по этому поводу иронично заметил: «В.А.Молодцов меня тоже (на одном заседании) прозывал формалистом, теперь, значит, угодил и сам в этот разряд. Если теперь какой-нибудь четвертый научный работник захочет себя противопоставить нам, то нас всех троих (меня, Молодцова и Старцева) отнесет, наверно, ...к формалистам-идеалистам». В.И.Лыткин точно подметил ярко проявившееся в конце двадцатых-тридцатых годах стремление наклеивать на людей политические ярлыки. По данным исследователя А.И.Туркина, особая комиссия Института народов Востока в 1929 году рассмотрела упоминавшуюся выше диссер-тационную работу В.И.Лыткина и сочла, что диссертация противоречит «новому учению» НЛ.Марра. Василий Ильич вынужден был официально отказаться от своей диссертации, так как «она была написана по буржуазной методологии».
«Боролись» и с «националистическим уклоном» в языкознании. В.И.Лыткину ставилось в вину, что он в своих работах ссылался на «буржуазный», «национал-шовинистический» венгерский опыт развития литературного языка, на их азбуку. А «венгерская азбука, - объявил Г.А.Старцев, - составлялась под ударом шовинизма: им во что бы то ни стало хотелось отмежеваться от других народов Западной Европы в культурно-национальном отношении».
  Свою роль сыграла и зарубежная командировка В.И.Лыткина: на проводившейся в Институте народов Востока «чистке» «доброжелатели» (среди которых оказался, увы, и В.А.Молодцов) вспомнили о его длительном пребывании «у капиталистов», о «подозрительном» знаком-стве Василия Ильича с профессором Сетяля (провозглашенного обличи-телями почему-то «главой финского фашизма») и не менее «подозри-тельном» факте получения им стипендии от Финно-угорского общества...

0

7

В годы репрессий.
   Весной 1932 года положение В.И.Лыткина улучшилось в связи с новыми веяниями в культурной политике. Нападки на Василия Ильича со стороны КАПП прекратились, поскольку Ассоциация пролетарских писателей была распущена. Оргкомитет, созданный для подготовки съезда писателей Коми области, совсем иначе относился к творчеству В.И.Лыт-кина. Секретарь оргкомитета И.Осипов охарактеризовал его как «большого мастера коми советской литературы».
Но в конце 1932 года начались аресты среди коми интеллигенции. Василию Ильичу не суждено было избежать гигантской сети, сотканной «компетентными органами» для поимки «врагов народа». «Компромат» на писателя и ученого уже набрался. Еще в 1931 году ОГПУ начало следствие по так называемому «делу СОФИН» (Союза освобождения финских народностей), будто бы образованному удмуртской интел-лигенцией. Целью союза, по утверждению чекистов, являлось «отторжение путем вооруженного восстания Удмуртской автономной области и других автономий (Марийской, Мордовской, Карельской, Коми-Зырянской) от СССР и создание единой финно-угорской федерации с демократической формой правления под протекторатом Финляндии». Основную роль в СОФИН органы ОГПУ отводили удмуртам (К.Герду и другим), но стре-мились привлечь по этому делу и представителей других национальностей. Василий Ильич, хорошо знакомый с Кузебаем Гердом и многими другими писателями и учеными, побывавший за рубежом, как нельзя более подходил на роль одного из «заговорщиков»...
   15 января 1933 года в Москве В.И.Лыткина вызвали в ОГПУ на допрос. (Материалы следствия опубликованы в книге В.М.Полещикова «За семью печатями», по которой они и цитируются). Следователя инте-ресовало, что ему известно об идее «Великой Финляндии» и какие связи Лыткин поддерживал с Финно-угорским обществом. «Какие задания дало вам финно-угорское общество при выезде из Финляндии?» - грозно спрашивал он. Василий Ильич не стал скрывать своих встреч со сторонниками «Великой Финляндии» (подчеркнув, что он этих идей не разделяет), рассказал, что финские ученые поручили ему глубже изучать коми язык, собирать коми фольклор и попросили знакомить их с результатами исследований. Для ОГПУ этого было вполне достаточно -вот он, шпион!
   21 января 1933 года чекисты пришли к выводу, что «гр. Лыткин Василий Ильич... достаточно изобличается в том, что является членом к-р (контрреволюционной - Авт.) организации, ставившей себе целью объединение финно-угорских народностей, населяющих СССР, и путем вооруженного восстания отторжение Коми области от СССР под протек-торат Финляндии», «был связан с руководителями пан-финского движения, информируя их о положении в СССР, служил связью между ними и к-р организацией, находящейся в СССР», и постановили арестовать его. По иронии судьбы подписавший это нагромождение лжи чекист носил фамилию Правдин... В тот же день В.И.Лыткина арестовали. (По данным А.И.Туркина, В.И.Лыткин был арестован еще до первого допроса, 14 января; мы опираемся на сведения, опубликованные В.М.Полещиковым).
   24, 28, 30 и 31 января, 22 и 25 марта 1933 года поэта и ученого допрашивали. Под давлением следователя В.И.Лыткин вынужден был «признаться», что его «убеждения в национальном вопросе в период 19221926 гг. носили националистический характер. Они развивались на почве борьбы за родной коми язык, против которого резко выступали остатки старого русификаторского чиновничества. В борьбе с рус-сификаторами у меня выработались взгляды одностороннего разрешения национального вопроса. Выпирал вопрос по линии только коми народа, коми языка, ...не было достаточного учета интересов всего Советского Союза, моменты классовой борьбы или совершенно отпадали, или отходили на задний план». «В 1923-25 гг. мой узкий национализм выразился в моих стихотворениях на коми языке, напечатанных в прессе Коми области... Моя буржуазная методология в области языкознания, первобытной коми истории выразилась в моем докладе о первобытной истории коми народа, ...в моих статьях, помещенных в... журнале «Коми му». Мои стихотворения, ...призывающие к объединению коми и т.д., а также некоторые научно-популярные статьи, где говорилось об угро-финском праязыке, пранароде, прародине... и т.д., были на руку коми националистической интеллигенции и буржуазии».
   Вместе с тем В.И.Лыткин решительно заявил: «Никогда я не был контрреволюционером, не состоял ни в какой контрреволюционной панфинской организации, не только не принимал никакого участия, но никогда не слыхал о стремлении свергнуть Советскую власть в Коми области посредством вооруженного восстания». Впрочем, эти слова следствие не интересовали... 9 июля 1933 года внесудебное заседание коллегии ОГПУ, рассмотрев «дело СОФИН», на основании печально знаменитой 58-й статьи (пункты 4 и 11) вынесло приговор: «Лыткина Василия Ильича заключить в исправтрудлагерь сроком на пять лет». 26 июля того же года Василий Ильич обратился к Генеральному прокурору СССР с просьбой о пересмотре дела. 22 октября 1933 года коллегия ОГПУ сократила срок заключения до трех лет.
   В.И.Лыткин отбывал срок в Дальлаге НКВД, в Хабаровском крае, работая экономистом планового отдела лагеря (вероятно, эта отно-сительно спокойная должность спасла ему жизнь - смертность среди заключенных, как известно, была очень велика). В письме секретарю Коми обкома ВКП(б) он сообщал, что «был все время ударником, активно принимал участие в общественной работе, два раза премирован с занесением в Красную книгу центрального штаба социалистического соревнования и был делегатом на I Вселагерном съезде ударников» (каких только съездов не проводилось в нашем Отечестве!..).
   Научные и литературные труды В.И.Лыткина были объявлены ненужными, вредными и контрреволюционными. Подготовленный им к изданию словарь коми диалектов так и не вышел в свет - рукопись была изъята из издательства и исчезла. Много книг и рукописей конфисковали у В.И.Лыткина в Сыктывкаре. Вся его библиотека, оставшаяся в московской квар¬тире, тоже пропала. Позднее сам Василий Ильич с горечью писал: «Всё, что у меня было о Жакове (о других писателях, о диалектах и т.д.), утрачено...» Жившие в квартире «посторонние люди жгли мои книги и рукописи вместо дров...» Семья его распалась.
   Находились мужественные люди, которые после ареста В.И.Лыткина открыто высказывались в его защиту. В 1933 году в журнале «Ударник» были напечатаны положительные отзывы о его творчестве. Но вскоре подобные отзывы стали рассматриваться как «потеря бдительности» или «вылазка классового врага». Так, А.И.Рочеву, заместителя председателя областного радиокомитета, исключили из партии с формулировкой «за защиту Лыткина (Илля-Вась)».
   Первый секретарь Коми обкома ВКП(б) А.А.Семичев, сообщала весной 1934 года газета «За новый север», указал коми писателям «на необходимость глубоко разоблачения антисоветского существа в творчестве и критики националистического писателя Илля-Вась (В.И.Лыткина)». На страницах той же газеты И.И.Оботуров выступил с фантастическим заявлением: «Идеал Илля-Вась - восстановление легендарного государства, т.н. Биармии, объединение всех финских народов на базе капитализма. Эта идея, взятая от финских фашистов, мечтающих о фашистской великой Финляндии, проводилась Илля Васем до последних лет». На состоявшейся в августе-сентябре 1934 года в Сыктывкаре конференции коми-зырянских и коми-пермяцких лингвистов (с основным докладом там выступил И.И.Оботуров) Лыткина заклеймили как «верного интересам коми кулачества и буржуазии националис-тического элемента», а его исследования были названы Оботуровым «псевдонаучными», представляющими собой «скрытую борьбу против ленинской национальной политики... в вопросах языка».
   Выступать с критикой Лыткина стало едва ли не обязательным для всей коми интеллигенции. Но если отказаться от подобных обличительных выступлений было практически невозможно («примиренчество», «покры-вательство»!), то тон самого заявления мог быть различным. По публи-кациям нетрудно догадаться, кто вынужденно критиковал В.И.Лыткина и кто делал это с азартом, старательно. Например, в 1935 году в упоми-навщейся уже статье А.С.Сидорова в газете «За новый север», в которой автор вынужден был «покаяться» в «ошибках», есть и критика В.И.Лыт-кина, связанная с расхождением взглядов двух ученых на некоторые проблемы языкознания. По сути дела, А.С.Сидоров постарался ограни-читься чисто научной полемикой с В.И.Лыткиным, хотя ему и пришлось при этом в двух-трех местах употребить обязательные для того времени штампы «контрреволюционный национал-шовинист» и «контррево-люционный воинствующий буржуазный формализм» (а может быть, эти слова были вписаны в его статью предусмотрительными редакторами).
   Сдержанность А.С.Сидорова хорошо видна при сравнении его статьи, например, с заметкой К.Коничева, напечатанной в той же газете в том жегоду. Коничев не спорит, а проклинает: «Махровый националист Илля-Вась (Лыткин) написал в свое время поэму об Октябре «Мунбны»... Октябрь в этой гнусной поэме Лыткина прошел без участия большевиков и Ленина...» К подобным обличительным публикациям принадлежала и также упоминавшаяся уже не раз статья Г.А.Старцева, который писал, что В.И.Лыткин будто бы выдвинул лозунг «ва-коми» (чистого коми) языка (а в действительности Василий Ильич критиковал взгляды ва-комистов). «В.Лыткин недалеко ушел от распространения религиозного яда, - утверждал Г.А.Старцев. - Наоборот, он подменял пролетарский праздник Первое мая поповской пасхой. Еще в 1922 году в стихотворении «Лым» (Снег) писал Лыткин: "Отдыхай, празднуй пасху, зырянский народ"». (Самое примечательное, что в стихотворении «Лым» нет ни слова ни о Пасхе, ни о Первомае...).

0

8

Кто же «враг народа»?
   В.И.Лыткин должен был освободиться в январе 1936 года, но удача внезапно повернулась к нему лицом: как «ударник», перевыполнявший норму выработки, он «по зачету рабочих дней» вышел на свободу раньше, 8 сентября 1935 года Однако далеко не фазу удалось ему уехать из тех краев. В.И.Лыткина оставили работать - уже в качестве вольнонаемного старшим экономистом планового отдела Дальлага НКВД в Хабаровске. Там, вдали от дома, Василий Ильич продолжал писать стихи - в частности, начал работу над двумя поэмами, но дело двигалось с трудом, творчеству мешало подорванное в лагере здоровье, да и сама обстановка давила на него, недавнего заключенного. Ему очень нужна была, как выразился сам В.И.Лыткин, «поддержка морального порядка»; что касалось мате¬риального положения, то, по злой иронии судьбы, именно послелагерная полуподневольная работа в системе Дальлага привела к тому, что Василий Ильич, по его тогдашним словам, «никогда в жизни не был так хорошо материально обеспечен, как теперь».
   28 февраля 1936 года В.И.Лыткин направил секретарю Коми обкома ВКП(б) заявление, в котором писал: «Всю свою сознательную жизнь я работал в области науки и культуры, имеющей непосредственное отно-шение к автономной области Коми, поэтому - хотя и в настоящий момент я не имею возможности все свои силы и знания посвятить этому делу -обращаюсь с настоящим заявлением именно к Вам, руководству Коми области... Прошу: 1) о возбуждении ходатайства перед ЦИК СССР о персональном снятии с меня судимости и 2) о возвращении меня в ряды работников коми литературы». К своему заявлению В.И.Лыткин при-ложил рукописи двух еще не законченных поэм (одной из них, вероятно, была поэма «бльбк», написанная, по данным А.И.Туркина, в 1933-1936 годах и подписанная псевдонимом «Аке-Маке»). Однако секретарь обкома А.А.Семичев оказался глух к обращению ученого и поэта. Резолюция назаявлении гласила: «Незачем вести переписку, как с осужденным за контрреволюцию». Вскоре «осужденным за контрреволюцию» оказался и сам Семичев... В августе-сентябре 1936 года Василия Ильича в Хаба¬ровске навестили жена и дочь.
   Возможно, то, что Василий Ильич не вернулся сразу после освобождения в Коми область, спасло его от повторного ареста и осуждения во время волны репрессий 1937-1938 годах, как это произошло с Д.А.Ба-тиевым и А.А.Чеусовым, коллегами В.И.Лыткина по Обществу изучения Коми края. Тогда были осуждены вместе, по одному большому делу, и товарищи, и обличители Василия Ильича (среди последних - А. А.Семичев, И.И.Оботуров и М.П.Доронин). И вот журнал «Ударник», на страницах которого еще недавно Оботуров призывал к борьбе с «националистом Лыткиным», сообщает, что разоблачены враги народа, которые «вели контрреволюционную работу». Теперь уже другие склоняют их имена: «...буржуазно-националистические контрреволюционные вредители Батиев, Коюшев, В.Лыткин (Илля Вась), ...И.Оботуров, Доронин М., ...В.Савин» и т.д. и т.п. «И.Оботуров проводил латинизацию (коми алфавита - Авт.), которая принесла вред, по наущению контрре¬волюционера, фашиста, шпиона В.Лыткина» («Ударник», 1937, № 9-10). Удивительные происходили метаморфозы...

0

9

Снова в науке.
   Только 10 июня 1938 года В.И.Лыткин наконец-то распрощался с опостылевшей ему работой, покинул Дальний Восток, приехал в евро-пейскую часть страны и на 43-м году жизни вернулся к знакомой ему преподавательской, а затем и научной работе. Вначале он избрал местом жительства подмосковный город Каширу, где с 16 октября 1938 по 23 июля 1939 года преподавал в средней железнодорожной школе русский язык. Летом 1939 года В.И.Лыткин уехал в Уфу для работы в университете, но там возникли трудности с квартирой, и пришлось отправиться еще дальше, в Чкалов (Оренбург). 1 сентября Василий Ильич стал доцентом тамошнего педагогического института, позднее возглавил кафедру русского языка. В Оренбурге В.И.Лыткин вновь занялся лингвистическими исследо¬ваниями. В марте 1943 года он защитил в МГУ кандидатскую диссертацию, в октябре 1946 года-докторскую. В 1946 году, после долгого (с 1932 года) перерыва были опубликованы его новые научные работы. В начале 1947 года В.И.Лыткин участвовал в первой Всесоюзной научной конференции по вопросам финно-угорской филологии, выступил там с тремя докла¬дами. В том же году ему присвоили ученое звание профессора. В.И.Лыт¬кин женился, но личная жизнь не сложилась, и он снова остался один.
   В сентябре 1948 года В.И.Лыткин уехал в Москву и до октября 1949 года заведовал кафедрой русского языка в Московском областном пединституте. Лингвисты высоко ценили его знания, признали его научныйавторитет. Василия Ильича пригласили работать в Институт языка и мышления АН СССР. Но борьба между сторонниками учения Н.Я.Марра и приверженцами сравнительно-исторического языкознания (к которым принадлежал В.И.Лыткин) вынудила Лыткина уехать в Рязань. К тому же власти не давали бывшему «врагу народа» разрешение на дальнейшее проживание в столице (запрещено ему было жить также в Ленинграде и Сыктывкаре). В Рязани с 21 октября 1949 года по сентябрь 1959 года он работал в пединституте, являлся профессором, с 8 ноября заведовал кафедрой русского языка. С 1950 года В.И.Лыткин был также старшим научным сотрудником Института языка и мышления (позднее- Институт языкознания) АН СССР; на работу в этот московский институт он приезжал из Рязани раз в неделю на один день.
   Времена менялись. Василия Ильича перестали именовать «контрре-волюционером» и «агентом финских фашистов». В 1950 году, марризм, в пренебрежении которым 20 лет назад упрекали Лыткина, внезапно был объявлен «неправильной», совсем не «марксистской» теорией. Наконец стала налаживаться семейная жизнь: В.И.Лыткин вступил в брак с Т.И.Теп-ляшиной. Но клеймо судимого за «контрреволюционную деятельность» продолжало давить на него до середины 50-х годов. В 1952 году в Сыктывкаре состоялось научное совещание по вопросам языкознания; Василий Ильич хотел участвовать в нем, но ему не разрешили приехать. Изданная в том же году монография В.И.Лыткина «Древнепермский язык» была выдвинута на Сталинскую премию, но (хотя «наверху» вроде бы все было согласовано) премии он не получил. Когда началась некоторая либерализация политического режима в стране, стали возвращаться из лагерей первые реабилитированные, В.И.Лыткин обратился (в 1956 году) с письмом к председателю Президиума Верховного Совета СССР К.Е.Ворошилову. Он писал, что был осужден по клеветническим обвине-ниям, безосновательно, и настаивал на пересмотре своего дела. Это обращение сыграло свою роль, и 2 ноября 1956 года В.И.Лыткин был реабилитирован. С того же года вновь стали публиковаться его стихи, не печатавшиеся 24 года. В 1958 году он стал членом Союза писателей СССР.
   В 1959 году Василий Ильич переехал в Москву, с 1 октября работал в Институте языкознания АН СССР старшим научным сотрудником, в 1961 году стал исполняющим обязанности заведующего, а с 29 мая 1962 года -заведующим сектором финно-угорских языков. Его многогранная научная деятельность в этот период хорошо известна. Он был одним из видных финноугроведов, обладавших обширными знаниями, поразительной наблюдательностью и широким кругом научных интересов. Труды В.И.Лыткина пользовались признанием не только в СССР, но и за рубежом. 9 апреля 1969 года Финская Академия наук избрала его своим зарубежным членом. В том же году он стал почетным членом Финно-угорского общества (Хельсинки).
   С конца 40-х годов В.И.Лыткин поддерживал тесные контакты с языковедами Коми базы (филиала) АН СССР: читал, редактировал и рецензировал их работы, оказывал помощь в научно-организационной деятельности. Позднее он писал, что «принимал активное участие в филологических исследованиях Коми филиала с самого основания его». Сотрудник отдела языка, литературы и истории КФАН СССР А.И.Подорова вспоминала, что в 1949 году В.И.Лыткин ознакомился с подготов-ленной ею рукописью, «дал ценные указания и этим оказал мне великую помощь». В 1950 году В.И.Лыткин являлся оппонентом на защите кандидатской диссертации аспирантки КФАН СССР Е.Г.Жижевой, в 1951 году - оппонентом на защите диссертации языковеда отдела ЯЛИ В.А.Сорвачевой. В 1954 году он дал отзыв на кандидатскую диссертацию А.И.Подоровой, отметив, что эта диссертация «представляет собой подлинную научно-исследовательскую работу, выполненную со знанием дела, с умением оперировать языковым материалом и с любовью».
   В.И.Лыткин очень серьезно относился к присылаемым ему на просмотр рукописям. В 1953 году он получил рукопись учебника по коми языку для вуза и после ознакомления с нею сообщил, что находит ее несовершенной и сам будет «беспощадно переделывать» и улучшать ее; учебник «Современный коми язык» был издан в 1955 году под редакцией В.И.Лыткина, он написал и несколько разделов. Позднее, получив на отзыв рукопись вводного очерка, подготовленного для «Коми-русского словаря» лингвистом Д.А.Тимушевым, Василий Ильич положительно оценил его, но отметил отсутствие во введении раздела по лексике и вызвался сам написать его. Он осуществлял и общее руководство подготовкой этого словаря, являлся его ответственным редактором.
   Весной 1955 года В.И.Лыткин был приглашен в Коми филиал АН СССР для проверки деятельности отдела языка, литературы и истории. Василий Ильич в целом хорошо оценил научно-исследовательскую работу сотрудников, особенно подчеркнув важность подготовки различных словарей. Иногда высказывалось мнение, что составление словарей - это работа для лаборантов. В.И.Лыткин сказал: «Работа над составлением диалектологического словаря - очень сложная научная работа. Потому малоквалифицированным работникам доверять такую работу нельзя ни в коем случае. Это очень серьезная научная работа». Василий Ильич отметил и некоторые недостатки: в частности, то, что публикуется мало работ (он порекомендовал, например, издавать диссертации).
   В.И.Лыткин поставил ряд задач перед языковедами, отметив необ-ходимость специального изучения культуры речи, истории коми языка. По его мнению, отдел ЯЛИ следовало разделить на исторический и филологический отделы (это было сделано в начале 1958 года). Сотруд-ники ОЯЛИ отмечали полезность приезда В.И.Лыткина: «Желательно было бы, чтобы Василий Ильич дольше у нас задержался и помог бы намв работе, посмотрел бы наши законченные работы» (М.А.Сахарова); «Хотелось бы, чтобы Василий Ильич просмотрел... картотеку и дал бы указания, помощь» (А.И.Подорова).
Творческое сотрудничество В.И.Лыткина с языковедами КФАН СССР продолжалось и в последующие годы. Много труда он вложил в подготовку «Краткого этимологического словаря», помогал молодым языковедам работать над диссертациями и другими исследованиями. В 1965 году Василий Ильич стал заслуженным деятелем науки и техники Коми АССР. В 1971 году ему было присвоено звание лауреата Государ-ственной премии Коми АССР. 22 ноября 1972 года В.И.Лыткин вышел на пенсию, а 18 декабря того же года стал научным консультантом сектора языка Института языка, литературы и истории КФАН СССР. На этой должности он проработал всего год, до 15 декабря 1973 года, но при уходе отметил, что в дальнейшем ему «хотелось бы продолжить совместную работу с сектором языка... в какой-либо иной форме». В 1974 году В.И.Лыткина избрали почетным членом Общества родного языка (Таллинн). В 1976 году он работал старшим научным сотрудником сектора языка ИЯЛИ КФАН СССР, затем в том же году стал профессором-консультантом кафедры общего языкознания Университета Дружбы народов (Москва); тогда же Василия Ильича избрали почетным членом Урало-алтайского общества (Гамбург), а в 1977 году - почетным членом Международного общества по венгерской филологии (Будапешт). В 1977 году В.И.Лыткин оставил работу в университете. Скончался он 27 августа 1981 года, не дожив нескольких лет до того времени, когда стало возможным вспоминать о прошлом без умолчаний и розовой краски. Похоронен Василий Ильич на родине, в Сыктывкаре.

0

Создать форум

Вы здесь » Бадьёльйывсаяс - Бадьёльские » История Республики Коми » Тернистый путь к вершинам науки


Создать форум